Пятница, 16-11-18, 02.18

Приветствую Вас Гость | RSS
Село Буйское
Уржумского района
Кировской области

ГлавнаяРегистрацияВход
Меню сайта

Категории раздела
Новости сайта [202]

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Началось с «Травиаты»
 
Дирижер Евгений Колобов. Фото: Из личного архива.
 
Как дирижер Евгений Колобов
привел в оперный шестую Виолетту
 
Когда вновь назначенный главный дирижер Свердловского театра оперы и балета Евгений Колобов объявил, что начнет с постановки «Травиаты» Джузеппе Верди, многие удивились. От молодого, полного сил творческого руководителя ждали более кардинальных решений.
Но недоумевали зря. Евгений Владимирович сразу же показал твердый характер.
— В Свердловском оперном театре, — рассказывал позже он, — я должен был ставить «Травиату». Мне говорят: «У нас есть пять Виолетт». А я всех прослушал и отвечаю: «А у меня ни одной». И привел за руку из оперетты через дорогу Таню Бобровицкую. Был скандал, зато последующие десять лет они молились на нее. Она держала весь репертуар…». Поставленная в 1975 году Колобовым «Травиата» имела огромный успех, стала сенсацией. Ведь партитура, знакомая, кажется, до последней ноты, вдруг прозвучала так, как будто публика услыхала ее впервые, восхищая новыми красками и общей динамикой всего спектакля.
В Свердловский театр оперы и балета, в этом году отмечающий свое столетие, Колобов (1946—2003) пришел, имея совсем небольшой театральный опыт. И, кстати, он не был уральцем.
«Родители мои вятичи из деревни под Уржумом, но я ухитрился родиться в Ленинграде», — шутил он. И говорил, как ему повезло, что мальчишкой поступил в училище при Ленинградской хоровой капелле на Мойке. Этакий мужской монастырь. «У меня дома висит фотография моего первого директора — Роберта Игнатьевича Совейко. Мальчишки — что мы тогда понимали? Мне было всего семь лет, когда отец — он был военным и никакого отношения к музыке не имел, просто ходил на работу мимо училища, — взял за руку и повел туда: — Мать, чего это Женька у нас все поет? Давай-ка отведем, пусть попробует…
Директор училища нам говорил все время, чтобы мы запомнили на всю жизнь, что на свете есть только три вещи. Во-первых, музыка, во-вторых, родители и, в-третьих, Родина. Поэтому музыка для меня… боюсь я громких слов, но, понимаете, она для меня и в самом деле как религия. Моя религия… Поэтому-то меня и бесит, когда я вижу людей, которые прежде всего хотят урвать как можно скорее. Даже и не успев еще ничего толком сделать. Это наша сегодняшняя жизнь их совратила. Да и у многих больших художников сегодня на месте зрачков — доллары». Это он говорил в 2000 году, уже многоопытным человеком.
Им самим никогда не руководили интересы карьеры, стремление устроиться потеплее и поудобнее. Неудивительно, что вокруг него всегда было много людей, бескорыстно влюбленных в него, готовых идти за ним в огонь и в воду.
Когда в 1984 году, будучи дирижером Ленинградского академического театра оперы и балета имени Кирова (бывшего Мариинского), он вновь ступил на уральскую землю, приехав на празднование 50-летия Уральской консерватории, в аэропорту его встречал… весь театральный оркестр.
— Я был поражен и взволнован, — вспоминал он. — Прилетели мы с опозданием, уже в три часа ночи. И вдруг — знакомые лица, мои дорогие друзья, с которыми вместе в Свердловске прожиты такие счастливые годы. Они встретили меня увертюрой к «Силе судьбы» — спектаклю, которого я никогда не забуду….
Постановка «Силы судьбы» Джузеппе Верди и в самом деле стала этапной не только для театра, но и для дирижера. Опера, написанная композитором специально для России, была впервые показана в Петербурге в 1862 году. Вторично — через сто лет Ленинградским театром оперы и балета имени Кирова, но шла на его сцене недолго. Практически сочинение было неизвестно широкому слушателю, и это при великолепной музыке и динамичном, гуманистическом сюжете, связанном с борьбой народа за свободу и независимость.
Свердловчанами были установлены связи с миланским театром Ла Скала, 200-летию которого уральцы решили посвятить свой спектакль. Следуя указаниям Верди о возможности изменений в редакции оперы, Свердловский театр создал свой постановочный вариант. Наконец оперу решено было спеть на языке оригинала, то есть по-итальянски — практика, в те времена совершенно неведомая. Солисты, оркестр, весь коллектив работали с огромным подъемом, и результат оправдал усилия. Критика в Свердловске и Москве, где в 1979 году новый спектакль был показан во время больших гастролей свердловского коллектива, расценила его как событие в музыкальной жизни Урала и всей страны.
Только столица «открыла» для себя не только незаслуженно забытое произведение, но и выдающегося дирижера. Вскоре с Колобовым уральцам пришлось расстаться. С 1981 года он — дирижер Театра имени Кирова в Ленинграде.
В этом театре города своей юности он проработал до 1987 года. В течение сезона 1987-88 года занимал должность художественного руководителя Ленинградской филармонии, а затем переехал в Москву, назначенный главным дирижером Московского музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко. В 1991 году создал собственный театр — Московский муниципальный театр «Новая опера».
След, оставленный Колобовым в Свердловске, значителен. Не только в воплощении классики, но и в работе над современными сочинениями. Это спектакли, созданные в результате творческого сотрудничества с ленинградским композитором Андреем Петровым — музыкальная фреска «Петр Первый» (1978), балет «Сотворение мира» (1978), грандиозная музыкально-хореографическая симфония «Пушкин» (1980).
Сам Колобов увез из Свердловска творческое богатство, завещанное учителями. Ведь именно в нашем городе в 1968 году он закончил дирижерско-хоровое отделение Уральской государственной консерватории, а в 1971—74-м учился в аспирантуре по специальности «оперно-симфоническое дирижирование» у выдающегося мастера, профессора Марка Павермана, который сумел передать ему собственную одержимость музыкой, страстную увлеченность ее совершенством и красотой.
«Одержимый художник», «трагический романтик», «воплощение мятежного духа поиска» — писали о Колобове критики. Он был еще и живым воплощением искусства, глубоко нравственного. Он говорил: «Я не верю в конечное торжество добра, но делаю все, чтобы его стало больше». Был убежден: без душевного очищения людей невозможно сохранить Россию — нашу великую, многострадальную родину.
Когда на вечере его памяти в Екатеринбурге вспоминали сценические работы Мастера, показали видеозапись его спектакля «О, Моцарт, Моцарт», в основу которого легли моцартовский «Реквием» и опера Николая Римского-Корсакова «Моцарт и Сальери». Кто-то сказал: «Да он и сам был Моцартом, вдохновенно общавшимся с Небом».
 
Юлия МАТАФОНОВА
"Уральский рабочий", 25 июля 2012 г.
Архив записей

Календарь
«  Ноябрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

Поиск

Форма входа


Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • При копировании и цитировании материалов с этого сайта ссылка на него обязательна! © 2010 - 2018Яндекс.Метрика