Среда, 18-09-19, 04.16

Приветствую Вас Гость | RSS
Село Буйское
Уржумского района
Кировской области

ГлавнаяРегистрацияВход
Меню сайта

Категории раздела
Вятские заводы Мосоловых [4]
География [6]
Документы администрации и Думы села [35]
Здравоохранение [21]
История Буйского района [3]
История сельских Советов Буйского района [58]
История сельских Советов Уржумского района [27]
Исторические справки [10]
Жизнь села и округи [52]
Краеведам [20]
Марийцы [1]
Наши земляки [54]
Образование [30]
Почтовая связь [2]
Православный альманах [57]
Предприниматель [0]
Промкомбинат [5]
Промыслы и ремёсла [17]
Промышленность [8]
Реки, озёра, пруды и родники [14]
Родословная [20]
Род Мосоловых [9]
Сёла, деревни и починки [36]
Совхоз "Буйский" [11]
Транспорт и дороги [0]
Флора и фауна [9]
Фонды Уржумского архива [29]
Ярмарки, базары, торговля [6]
Разное [2]

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Главная » Статьи » Наши земляки

В горах под градом пуль и мин…

В горах под градом пуль и мин…

С 1945 года мы не знали войны. Но десятки тысяч наших земляков прорывались сквозь свинцовые ливни и в наше, казалось бы, мирное время. Среди них – Олег Аркадьевич Муравьёв.

О.А. Муравьёв

Он был призван из Сысоева Республики Марий Эл, хотя родом из Мазар и живёт сейчас в Буйском. В 1995 г. он оказался в Тоцком, Оренбургской области, в составе бывшей 27-й гвардейской Омско-Новобугской Краснознамённой орденов Кутузова 2-й степени и Богдана Хмельницкого 2-й степени мотострелковой дивизии. Это была миротворческая дивизия, её подразделения тогда дислоцировались и в Абхазии, и в Приднестровье. Олег был направлен в учебную часть в Самару и вернулся оттуда младшим сержантом, командиром отделения связи.

Он больше года служил на командно-штабной боевой машине пехоты БМП-1КШМ «Поток-2». В отличие от обычной БМП, эта машина была беззащитна: орудие и пулемёт сняты, вместо них - антенна. Башня неподвижна. Был только пулемёт 7,62 мм с 2 тыс. патронов. Машину, конечно, не водили в атаку и охраняли, но экипаж имел табельное оружие – автоматы. Когда КШМ Олега пошла на Грозный, он захватил 11 рожков, груду подствольных и пару ящиков обычных гранат. В экипаже было трое – механик-водитель и два радиста-оператора. Хватало места 4 офицерам.

КШМ на улицах Грозного

16 декабря 1995 г. батальон 506-го гвардейского Познаньского Краснознаменного Ордена Суворова 3-й степени мотострелкового полка был высажен с вертолётов на поляне под Ведено. Тьма, метель, мороз… Жили в палатках, в блиндажах.

Официально войны на Кавказе не было. Были операции по восстановлению конституционного порядка в Чеченской Республике Российской Федерации. Но боевики обстреливали и блокпосты, и лагеря. Уже 24 декабря град мин обрушился на лагерь 506-го полка. Погибли двое (в том числе Слава Усков из Верхошижемья, Слава Огонёк, как звали его друзья), ранен один военнослужащий. Кстати, в том же полку впоследствии служили уржумские кавалеры ордена Мужества Андрей Воробьёв и Дмитрий Александров. Разрыв мины произошёл буквально в нескольких метрах от Олега, шедшего сменить В. Ускова на посту, но ему повезло.

В лагере не было бани, дров, были перебои с продовольствием, зато были вши. Был порой некомплект офицеров, и взводами командовали сержанты. Они же возглавляли, если придётся, и роты – снайперы боевиков не дремали, выбивали офицеров. Это была реальная боевая обстановка, не для кино и не для экскурсий журналистов. Но ребята сражались, как было положено по присяге. Прошедший эти операции по восстановлению конституционного порядка генерал-лейтенант Г.Н. Трошев вспоминал в «Чеченском дневнике»: «Ну, увидел ты замурзанного бойца, к тому же оробевшего перед высоким московским чиновником. Он что – показатель боеспособности?.. Да я (генерал!) порой на войне по нескольку суток не мылся и не брился. Не всегда была возможность, а главное — некогда. Поесть и то не успеваешь. И какой у меня после этого вид? Московский патруль арестовал бы! Не поверил бы, что генерал, — бомж какой-то… И ничего удивительного тут нет. Война — занятие грязное, в буквальном смысле слова… А если оценивать моральную сторону дела, то тут и слов подходящих не подберешь. Потому что в Чечне боец был чумазым только сверху, зато внутри чистым. Он осознавал себя защитником единства и достоинства Родины, его враги боялись, он их бил под Шатоем, под Бамутом, под Шали, в Грозном… Он свой чумазый нос мог от гордости держать высоко».

Летом 1996 г. полк проводил «зачистки» в «зелёнке», то есть в лесистых горах вокруг Ведено. Местное население непрестанно митинговало на улицах аулов, требовало независимости. Женщины, дети, старики под Шали ложились на дорогу. Техника обходила селения полями. Потом часть бросили на Грозный. В августе боевики Ичкерии напали на город, захватили большую его часть. Аслан Масхадов бросил сюда свои отборные силы.

Российские войска стойко оборонялись. Олег видел и подбитый вертолёт, который пилот сумел посадить и спасти жизни всех пассажиров и экипажа. Видел, как в танках и САУ заживо горят наши парни, но не сдаются боевикам. На улице Первомайской героически сражалась 8-я рота. Уцелели 13 человек. На подмогу послали 3 танка, два из них подбили. Из экипажей выжило два танкиста. На узкой улице было не развернуться, преимущество в технике теряло свой смысл. На помощь пришли отряд разведчиков, тоже погибло большинство. Под Ведено прорвалась Ульяновская бригада, потеряв половину в боях по пути. Ворвались в аул на БТРах, которые были изрешечены, насквозь светились, но солдаты рвались в бой, на помощь своим. Как оператор радиосвязи, он слышал в эфире: «Командир взвода убит.. Командир роты убит… Принимаю командование. Сержант такой-то». Плечом к плечу сражались и срочники, и контрактники, которых на шутливом жаргоне именовали «контрабасами» и «двести пьяной» (205-й) бригадой.

Были и нелепые смерти. Новобранцы поигрывали оружием с патроном в стволе. Торговцы похищенным воинским имуществом напарывались на боевиков. Неосторожные подрывались на своих же минах. Так погиб один из полковых командиров. Полковник побыл в должности всего три дня…

Олег Муравьёв, как связист при командирах, трижды был «в гостях» у боевиков. Это были переговоры о размене пленными и выдаче тел павших в боях. В Грозном переговоры вёл командир под кодовым именем «Чёрный берет», бывший советский подполковник медицинской службы. К противнику ходили без оружия, как и боевики безоружными являлись на переговоры. Обменивались пленными, хоронили своих… Отпуская парламентёров, боевики стреляли в воздух, пытались напугать.

В конце августа Грозный был сжат в кольцо войсками генерала К.Б. Пуликовского (сын его не прятался за отца и незадолго до того погиб в бою). Боевикам был предъявлен ультиматум — сдаться в течение 48 часов, в противном случае обещали нанести по городу мощный удар, используя тяжёлую артиллерию и авиацию. Населению был предоставлен коридор для выхода через Старую Сунжу. Г.Н. Трошев свидетельствует: «В решимости генерала Пуликовского бандиты не сомневались, его слова по-настоящему напугали многих полевых командиров, которые тут же прибыли на переговоры. Боевики просили предоставить им коридор, на что Пуликовский ответил: «Не для того я вас окружал, чтобы выпускать. Или сдавайтесь, или будете уничтожены!». Но 31 августа посланец президента Б.Н. Ельцина генерал А.И. Лебедь подписал Хасавюртовские соглашения, и бои прекратились. Потом пришлось брать Грозный повторно.

12 сентября 1996 г. О.А. Муравьёв был демобилизован и уехал домой. Он не может забыть те кровавые дни. Как и многие участники боевых действий, он вновь и вновь смотрит видео в сети, узнавая места и даже боевые эпизоды, в которых он участвовал, в которых гибли его товарищи… Одна отрада: в Чечне спокойно, сограждане перестали стрелять друг в друга.

В 1997 г. Олег снова надел военную форму. Он служил в 201-й мотострелковой Гатчинской дважды Краснознамённой дивизии. Она дислоцировалась в Таджикистане, где только что закончилась гражданская война, и имела статус миротворческой. (В 2004 г. дивизию преобразовали в военную базу, а полки – всего лишь в батальоны.) На дивизию было возложено содействие в нормализации обстановки на таджикско-афганской границе, обеспечение доставки, охрана и распределение гуманитарной помощи, содействие в процессе репатриации беженцев и защита важнейших народнохозяйственных объектов. Силами дивизии было сформировано свыше 250 автоколонн, которые по горным дорогам доставили населению десятки тысяч тонн медикаментов, продовольствия, горюче-смазочных и строительных материалов. Дивизия прикрывала и погранзаставы Пянджского погранотряда.

Полк Олега Муравьёва стоял в Курган-Тюбе. Это был 191-й мотострелковый Нарвский ордена Александра Невского полк. Олег Аркадьевич был уже не связистом, а водил БТР-80. В целом население относилось к российскому контингенту хорошо. К сожалению, эта благорасположенность порой выливалась в продажу «шурави» дешёвого героина и водки. Конечно, по ночам по городу было опасно ходить. Но не только русским солдатам, но и местным жителям. Бывала и стрельба, вооружённые стычки между таджиками и узбеками, между таджиками разных кланов.

Экипаж БТР-80 в Таджикистане

Бронетранспортёры поэтому были вынуждены сопровождать колонны с грузами, гуманитарные конвои. Они придавались для усиления 9-й погранзаставы. У пограничников было только стрелковое оружие, и даже не было техники, они передвигались пешком. БТР-80 на всякий случай стоял в засаде. Но ни в одном боестолкновении в Таджикистане экипаж Олега не участвовал. Зато наблюдал, как пограничники принимали из-за Пянджа бывших моджахедов. Это были таджики разбитого воинства А.Ш. Масуда. Он с 1973 г. воевал в горах с законными правительствами Афганистана (напомним, что революция 1978 г. произошла вследствие и на фоне уже пятилетней гражданской войны). Треть граждан Афганистана – таджики, многие имели родню на правом берегу Пянджа и спасались от более удачливых конкурентов-моджахедов, захвативших Кабул. Шли без оружия, без багажа – лишь бы ноги унести. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись…

Что вспоминается о Курган-Тюбе? Адский зной, подушки на броне БТР – иначе не сядешь, поджаришься. Пот и блохи, тёплый шербет и медовые дыни на дастархане, и где-то в тени или в горах, по толкам – гюрзы и шакалы…В общем, жить было можно, не Чечня, но через год захотелось домой.

О.А. Муравьёв долго работал строителем-отделочником, и не один дом в Уржуме доведён до ума его умелыми руками.

И уже второй год он ездит на вахты в Москву. Две недели в столице, две недели в Буйском. Но не на стройки, нет. У него редкая профессия – охранник в Московском цирке Никулина на Цветном бульваре. Это цирк двух Никулиных – его артиста и директора в 1983-97 гг. Юрия Владимировича и возглавившего дело отца в 1997 г. Максима Юрьевича.

Три представления в день. Каждый раз – 2,5 тысячи зрителей. Каждый из них трижды проходит через рамки. Пропуск зрителей начинается за 45 минут до начала представления. Охранники, в строгих костюмах с галстучками, настороже. Пока инцидентов не было, но чем чёрт не шутит… В цирк по VIP-входам идут и VIP-персоны. Что там Надежда Бабкина? Она и на открытии Лазаревского ДК была. Каждый год в цирк на Цветном бульваре приезжает принцесса из Монако!

Есть что вспомнить Олегу и что рассказать детям (а их в семье трое) и будущим внукам…

А. ИКОННИКОВ

Источник: «КИРОВСКАЯ ИСКРА» № 26, 29 июня 2019 г.

Категория: Наши земляки | Добавил: Георгич8601 (14-07-19)
Просмотров: 20 | Теги: горячие точки, наши земляки | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Форма входа


Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz


  • При копировании и цитировании материалов с этого сайта ссылка на него обязательна! © 2010 - 2019Яндекс.Метрика